?

Log in

No account? Create an account

Неплохая пьеса

Oct. 20th, 2010 | 12:18 am

Вниманию тех, кого интересует современная зарубежная драматургия, предлагается перевод пьесы известного польского писателя и драматурга Томаша Лубеньского «Через лес» (ролей женских 3, мужских 6, одна декорация).
Автор возвращает читателя (зрителя) к событиям Второй мировой войны. В своеобразной форме анализирует он нравственные побудительные аспекты человеческих поступков в экстремальных ситуациях военного времени.

Ниже приведены авторская аннотация и два фрагмента пьесы.


«В пьесе я заимствовал ситуацию из «Декамерона» Дж. Боккаччо:
группа людей оставляeт город, где свирепствует «черная эпидемия». Они надеются переждать опасность в лесу, рассказывая друг другу интересные истории. На этом, правда, сходство с итальянским первоисточником кончается.
В лесу проводятся застольные собеседования в рамках «центрально-европейской школы жизни и смерти ХХ века». Занятия ведет их распорядитель – профессор и две его ассистентки. Которые создают атмосферу леса, где животные охотятся друг на друга, а люди – на животных. Затем слово предоставляется поочередно каждому из шести участников занятий.
Темы их рассказов - вовсе не любовные похождения, а война, подлое время, когда и происходили конкретные события, о которых они повествуют, скрывая при этом, что действующие лица, герои (а скорее, антигерои) историй - они сами и есть. Что неудивительно, поскольку описываемые события в той или иной степени трагичны, и рассказчиков мучают сомнения: правильно ли они тогда поступали или существовала возможность поступить иначе. Был ли другой выход? И если даже был, они пытаются найти оправдание своим действиям. Тем более, что возвращаются они к столь давним событиям оказавшись в непростой ситуации.
Но вот, ведомые профессором они проходят через лес (а лес этот – дантовский) до самого его края.
Их рассказы – подобие исповеди. Признание в том, как они поступили в труднейшую минуту их жизни, и в чем они по сей день не могут разобраться.
Существенное примечание – все эти истории я действительно слышал, иными словами – они подлинны.
Томаш Лубеньский»


* * *
<…> ВИР. Да, в моих руках было любопытное письмо из-за океана.
НАШ РАСПОРЯДИТЕЛЬ. Покажи.
ВИР. К сожалению, не могу.
НАШ РАСПОРЯДИТЕЛЬ. Отчего же?
ВИР. Сейчас объясню. Письмо от родственников из-за границы. Дело было давным-давно. Его кто-то привёз. Письмо семья прятала. В доме. Подальше от глаз. И однажды то письмо показали мне. Но при одном условии. Что я выучу его наизусть. Подробно. Слово в слово. Бумагу порву. И выброшу в три урны. По-отдельности. Чтобы каждая урна возле другой остановки. Так люди боялись. А я буду вам пересказывать, а местами цитировать, если что-то вспомнится.
НАШ РАСПОРЯДИТЕЛЬ. Теперь понятно.
ВИР. Итак, мы в лесу. Война закончилась. Номинально. Именно так. Давно отцвела майская сирень. Опадает листва. Лес становится всё прозрачнее. На мокрой тропинке отчетливые следы. А нас ищет спецгруппа преследования. Ну, и мы устроили им засаду. Две минуты и – стоны затихли. Лежат ровнёхонько, на своих местах. А в кабине грузовика советский капитан. Плюс женщина. Тоже офицер. Ещё живые. Вытащили их. Оба легко ранены. Документы. Хо, хо, какая-то контрразведка. Короче, ситуация ясна. К стенке. Есть приказ майора. А времени мало. Их начнут искать. А часы, капитан, тебе уже не пригодятся. Он кладёт их на табурет. Тоже, кстати, не в магазине купил. Женщину не убивайте. Его слова. Последние? Предпоследние. Его женщина? А может, она главнее. Ну, пусть её обыщет наша связная. Мы люди воспитанные. По мере возможности. В подобных партизанских условиях. И что там? Докладываю: у нее тряпичная кукла. Странно. У женщины-офицера? Так точно, под кителем прятала. Проверить. Она не отдает. Отдай. Не хочет. Тогда силой. Слушаюсь. Что там, внутри? Колечки, серёжки, часики, их так любит Красная армия? Шифры? У нас есть студент-очкарик, любой шифр разгадает. Список осведомителей? С ними поговорим под голым суком. Перечень лиц, которых ждёт арест? Сжечь, закопать. А куклу распороть. Ножом. Ну, и?.. Ничего нет. Одни опилки. Она плачет. О чём это она? О жизни? О куколке? Ничто ей не поможет. И ещё капитан: прощай, Катя. Погибли оба. Кто-то сказал: она брюхатая. И в самом деле. Но как поймёшь под кителем НКВД. В документах нашлись рецепты. Кукла для будущего ребёнка. И что с того. Есть приказ. Никто его не отменял. Вот такая война после войны, а в лесу поздняя осень. Добавлю, что автор того письма живёт в Калифорнии. Уничтожал врагов. Ради спасения отчизны. А потом самому пришлось спасаться. Бежать. Думаете, он безмятежно ожидает спокойной смерти. В саду прекрасные цветы и животные. Дети, внуки, соседи очень его любят. Но он, наверное, постоянно возвращается всяккий раз к одному. К тому дню. Помнит. Плачет. Как ему следовало поступить, как он смог поступить? Они приходят к нему. По ночам. Задают вопросы.<…>

* * *

<…> МАР. Как должен был и как смог поступить?
НАШ РАСПОРЯДИТЕЛЬ. Кто?
МАР. Герой моей магистерской работы. Об эвакуации. Шоссе. Рвутся бомбы. Всё основано на многочисленных беседах с найденной мной семьёй. В которой помнят, что враг летает низко, и не забыли его голубые глаза в резиновых очках. Но случаются и спокойные минуты. Тогда они возвращаются на шоссе. Бабушка семенит с тростью. Впереди. Чтобы её не оставили. В шляпке, только тогда она чувствует, что одета. Жена-мать толкает перед собой тележку. На тележке чемодан. Рюкзак за спиной. Спереди сумки. Лямки красиво скрещены между грудями. Две девочки. Даже, возможно, близнецы. Розовый бант. Голубой бант. Розовая несет клетку с попугайчиками. Голубая ведет кошку на холщовом поводке. Каждые полчаса меняются. И тот мужчина. Марширует. Немолодой. Нестарый. Отец? Муж? Брат? Любовник? Несомненно, офицер запаса. Мундир на нём вычищен. Медаль, или крест. Через плечо одеяло. Какое-то оружие. В образцовом порядке. Полно молодых дезертиров, а он желает драться. Таков его долг резервиста. Потом он простится со своими женщинами. Держитесь, будьте мужественны. Не опозорьте меня. И сворачивает прямо в лес. Больше он за них не будет переживать. Поищет в лесу настоящую армию. И там исчезнет? Иными словами – не вернется. Кто-нибудь его убьет. На поле славы. Гитлер, Сталин, диверсанты или бандиты? А если случилась трагическая ошибка? Для тех женщин это важно. Ведь они отмечают день семнадцатого сентября. День, в который они расстались навсегда. Отмечают как день героя. В этот день за столом его ожидает свободное место. Проходят годы. Бабушка умрёт, когда наступит её срок. Зато оба банта вырастают красавицами. Розовая или Голубая. А женщина не имеет претензий к своей жизни. Никто не скажет ей, что герой мог пробраться на Запад и теперь у него там жена с детьми. Его тела не нашли. Это факт. А впрочем… Но возникает ещё вопрос. Он занимает всю эту семью. Как он должен был поступить и как смог поступить? Да, он офицер-резервист. Но в частной жизни… - вот именно. Отец, брат, муж или любовник той женщины. С тележкой, рюкзаком и сумками. Плюс те две девчушки. Дочурки? Или, может, он их дядя. Но – война, не война, - обе нарядные. Розовый бант. Голубой бант. И животные, о которых они заботятся. А бабушка впереди, всегда в шляпке. Да, да, те женщины. Что он должен был сделать, что он мог сделать? Обязан был их защищать, мог их защищать? Так как же? Он для себя выбрал войну. Так меньше забот? Да, ибо войну наверняка недолгую. Не тот уже глаз, не та рука. Он пропал или погиб, не уронив своей чести. Но они тоже уцелели. Хоть и оставил он их посреди шоссе. Никто их не убил, не изнасиловал. Да что я говорю. Их даже не обокрали. Наверное, чудом. Наверное, и на войне попадаются добрые люди. Кто бы мог подумать.<…>

Публикуется с разрешения автора оригинала.

Link | Leave a comment {2} |

(no subject)

Aug. 9th, 2010 | 04:36 pm

Весьма рекомендую!http://www.gazeta.ru/column/bovt/3405845.shtml

Link | Leave a comment |

Будто вчера...

Jun. 22nd, 2010 | 09:22 pm


22 июня 1941 года мы с моим другом детства Сережей Марочко собирались в Серебряный бор купаться. День был ясный и уже с утра было жарко. Я приехал к нему на 2-ю Брестскую ул. довольно рано, мы были уже готовы отправиться в путь, как по радио объявили о выступлении Молотова.

Помню, как нас удивил его голос - бесстрастный, бесцветный, не соответствовавший огромному событию. И показалось странным, что с обращением выступает не Сталин.

Едва прозвучали последние слова: "Враг будет разбит. Победа будет за нами", как мы бегом помчались в книжный магазин на Тверскую (тогда - ул. Горького) за картами Германии, чтобы на них отмечать победоносный путь Красной армии по вражеской земле. К нашему огорчению, карт Германии не оказалось. В наличии были карты европейской части СССР и (уже оккупированной) восточной Польши. Пришлось довольствоваться ими, и мы добросовестно отметили первые три наших  приграничных населенных пункта, захваченных (пока что!) немцами. Их назвал Молотов в своем обращении - Цехановец, Кальвария и Стоянув.

Мне было 16 лет, я окончил 9 классов, Сереже - 17,5, он окончил 10-й класс, завершив тем самым среднее образование (школа тогда была 10--классной). В сентябре ему исполнилось 18, и в начале октября 41-го я один проводил его в армию. Больше было некому: его отца репрессировали в 38-м, а мать умерла за полтора месяца до войны.

 Сергей провоевал в артиллерии все четыре года, дослужился до капитана, а 23 апреля 45-го на подступах к Берлину подорвался на мине, чудом уцелел, но, сильно покалеченный, года два провел в госпиталях.

Я был призван позднее, воевал танкистом. Как потом оказалось, мы с Сергеем оба входили в 1-й Белорусский фронт и находились очень близко друг от друга, чудом не встретились.

Сергей ушел из жизни в 1998 году, не дожив двух месяцев до 75-летия.

А я все еще живу.


Link | Leave a comment {12} |

"Социальные проекты"

Jun. 21st, 2010 | 07:19 pm


Пристрастился я по ночам слушать на радио «Сити-ФМ» беседы Дмитрия Быкова «на свободные темы с умными людьми». Прошлой ночью он принимал прелестную актрису и большую умницу Наталью Благих (театр “et  cetera”). Разговор шел, разумеется, преимущественно о театре, но не только.

В частности, Дмитрий Львович упомянул о дискуссии на книжном фестивале (или ярмарке), где сравнивались «сталинский социальный проект» с «проектом» современным. (Расшифровки беседы нет, цитирую по памяти.) На вопрос, испытывает ли Наталья ностальгию по прошлому времени, актриса ответила – конечно, много вспоминается хорошего: молодая мама, детство и тд. Но время-то было репрессивное, так что она не хотела бы возврата к прежнему . На что Быков возразил: ДА, БЫЛИ РЕПРЕССИИ, НО ОНИ ЧЕМ-ТО КОМПЕНСИРОВАЛИСЬ. Потом добавил: В 90-е ГОДЫ В РАЗБОРКАХ ПОГИБЛО БОЬШЕ (ИЛИ СТОЛЬКО ЖЕ) ЛЮДЕЙ, ЧЕМ В ПЕРИОД РЕПРЕССИЙ.
Конец цитирования.

Тут у меня возникает ряд вопросов:

Во-первых: если репрессии и в самом деле компенсировались, то чем?
Сталинской конституцией?
Лозунгом: «Жить стало лучше, жить стало веселее!»?
 Дружбой с Гитлером?
Воинственной риторикой, оказавшейся на деле пустышкой, как показали первые полтора года войны?
Перечень можно продолжить.

Во-вторых: как можно сравнивать тех, кого перемолола репрессивная машина 30-50 гг. с теми, кто погиб (к сожалению) в 90-е?

Сталин с приспешниками планомерно уничтожал самых честных, самых порядочных и, что главное, абсолютно ни в чем не повинных людей. Иначе они бы не были реабилитированы спустя десятилетия.

В 90-е же годы (и пожалуй, по сей день) убийства совершались преимущественно ради денег, власти (в любой форме), из мести и тп. И участвовали в этом «социальном проекте» личности далеко не безупречные.

И наконец, в- третьих: у меня на полке стоят два тома из серии Жизнь Замечательных Людей – «Борис Пастернак» и «Булат Окуджава».

Интересно, как бы они среагировали на высказывания автора их апологетических жизнеописаний?

Link | Leave a comment {2} |

Теперь это главный праздник страны

Jun. 13th, 2010 | 03:29 pm

Даже в эпоху "руководящей и направляющей" не было подобной вселенской пошлости, как вчера на Красной площади.
Духоподъемным был и финал: коллективное исполнение "самой популярной песни России"(с). Её первоначальное название, если кто не знает -  "Гимн партии большевиков".

Link | Leave a comment {1} |

Мы Тебя никогда не забудем...

Jun. 2nd, 2010 | 12:56 am



              *   *   *
Не надо околичностей,
не надо чушь молоть.
Мы – дети культа личности,
мы кровь его и плоть.
Мы выросли в тумане,
двусмысленном весьма,
среди гигантомании
и скудости ума.
Отцам за Иссык-Кули,
за домны, за пески
не орденами – пулями
сверлили пиджаки.
И серые медали
довесочков свинца,
как пломбы, повисали
на души, на сердца.
Мы не подозревали,
какая шла игра.
Деревни вымирали.
Чернели вечера.
И огненной подковой
горели на заре
венки колючих проволок
над лбами лагерей.
Мы люди, по распутью
ведомые гуськом,
продутые, как прутья,
сентябрьским сквозняком.
Мы – сброшенные листья,
мы музыка оков.
Мы мужество амнистий
и сорванных замков.
Распахнутые двери,
сметённые посты.
И ярость новой ереси,
и яркость правоты.
 
1956
             
 Андрей Вознесенский

Как мало изменилось за полвека...


Link | Leave a comment {1} |

Не стало Романа Козака

May. 28th, 2010 | 08:32 pm
location: Козак

Огромная, безвременная потеря для российского театра,
 для близких, для многочисленных друзей и поклонников его таланта.
Почти 30 лет нас связывали теплые, дружеские отношения. Мне, как и многим, будет очень недоставать Ромы.
Светлая ему память.. 

Link | Leave a comment {1} |

...И еще один день Победы...

May. 8th, 2010 | 09:18 pm


...и день Памяти об оставшихся ТАМ.
Вечная им Благодарность и низкий Поклон!

Спасибо судьбе, позволившей нам дожить  до нынешнего юбилея.

Такими мы были .
(май 45-го, в пригороде Берлина, я слева.)

Будьте все счастливы! С Праздником!

Link | Leave a comment {17} |

(no subject)

May. 6th, 2010 | 09:45 pm


К юбилею Победы – нескончаемый поток персональных поздравлений, ярких, красочных, роскошных – от президента, министра культуры, мэра, префектуры, общественных организаций…

А за окном уже который день непрекращающаяся репетиция военного  парада, на земле и в небе. И бессмысленный спор - пускать на Красную площадь подразделения союзников или не пускать.   

Вот бы всю эту энергию да в «мирных» (разумных) целях!


Link | Leave a comment |

Светлая память

Apr. 23rd, 2010 | 04:08 pm


                          
                      

35 лет тому назад не стало Мамы.

Link | Leave a comment {4} |